Дата публикации: 13.07.2015

Финальный аккорд сезона

final

Итак, 41-й театральный сезон благополучно ушёл в историю, запомнившись не яркими премьерами, а погромом, устроенным в театре самозваными люстраторами, за который, кажется, так никого и не наказали. Некрасивая история понемногу забылась, театр вернулся к нормальной работе, а театралы переключились на более интересные проблемы.

Но это так, к слову. К итогам и статистике прошлого сезона я ещё обязательно вернусь. Сегодня же речь о завершавшем его традиционном гранд-концерте. Тут тоже всё было привычно. Уже даже не знаю, радоваться этому или огорчаться. С одной стороны обошлось без байков, стремянок и прочих чудес режиссёрской фантазии, а также без странно выглядевших в контексте официального торжественного мероприятия полураздетых хористок. С другой стороны закрытие театрального сезона в оперном снова привычно проигнорировали представители власти, даже те, кому по должности положено курировать культуру. Впрочем, открытие этого самого сезона и даже юбилей театра их внимания тоже не удостоились. Даже дежурной корзины цветов… И если бы не уже упомянутый мною громкий люстрационный скандал, о театре власть предержащие, кажется, так бы и не вспомнили.

И самое главное, обошлось без сюрпризов для зрителей. Нам не показали решительно ничего нового. Ну хотя бы из той же «Травиаты», которой обещают открыть сезон следующий. Стандартный набор, увенчанный традиционным финалом «Иоланты» Чайковского, который столь люб нашим организаторам подобных мероприятий, что без него практически ни один торжественный концерт не обходится. Куплеты тореадора (которые, к слову, совсем не прозвучали), хор из «Набукко», ария дона Базилио, хор «О, фортуна», молитва Сантуццы с хором, трио теноров…

Необычен был разве что выбор в качестве номера для праздничного концерта куплетов Трике из «Евгения Онегина» (как будто в этой опере мало красивых арий!). Думаю, обусловлен он непременной необходимостью явить очам публики звезду телешоу Самвела Адамяна, у которого Трике как раз одна из двух оперных партий в репертуаре, где хоть есть с чем выйти в качестве сольного номера в концерте. Больше-то являть некого. Молодые перспективные тенора опять разбежались.

Да ещё вместо обычных нескольких популярных арий из оперетт чуть ли не треть первого отделения заняла сцена вранья из «Летучей мыши». Не слишком ли длинно для мероприятия подобного формата? Спорное решение, потому что публика желала послушать пение, а не разговорные диалоги.

Большинство номеров исполнялись в костюмах из спектаклей (не стану лишний раз напоминать, сколько сезонов уже служат некоторые из них) и щедро сдабривались массовкой из кордебалета и миманса, так что даже красивыми концертными платьями полюбоваться не привелось. Особенно нелепо смотрелся номер с саблями из «Турандот», в который зачем-то вклинили ещё и цирковые номера из «Паяцев». Вне контекста, да ещё и на фоне хора в парадных концертных костюмах это совершенно не смотрелось.

В общем, снова собрали самые ходовые номера из текущего репертуара и непременные шлягеры всех концертов и слепили из них программу. Зачем лишний раз напрягаться? Однако даже такая программа воспринималась гораздо лучше, чем аналогичные концерты на открытии сезона и на юбилее театра. Меньше было нелепостей и сомнительных режиссёрских решений (к счастью, на этот раз креатив ограничился невразумительной массовкой из «Турандот»), но зато порадовало добротное исполнение большинства номеров.

Второе отделение концерта было отдано балету. Тут тоже ничего нового нам не показали, ограничившись набором номеров из большого балетного концерта, премьера которого стала большим событием, поскольку у нас уже невесть сколько не ставили ничего новенького из классики. Разумеется, изголодавшаяся публика принимает эти номера с искренним восторгом. Трио Океана и жемчужин из «Конька-горбунка», седьмой вальс из «Шопенианы», адажио из «Большого вальса» и дуэт из «Барышни и хулигана» стали настоящим украшением вечера.

Хотелось бы мне сказать то же самое о «Классическом па-де-де» Баланчина на музыку Чайковского, но увы…  Елена Печенюк буквально купается в этой новой для себя хореографии, смотреть на неё – сплошное удовольствие. Но партнер её, к сожалению, слишком тяжеловесен, чтобы достойно смотреться в этом виртуозном кружеве неоклассики.

И ещё очень раздражали зрители, вдруг принявшиеся бегать на сцену с цветами, не дожидаясь окончания номера. Догадываюсь, что не все в курсе, что мудреное французское слово па-де-де подразумевает развёрнутый балетный номер из адажио, сольных вариаций (обычно по две на каждого участника) и финального дуэта. Публике простительно, она у нас в большинстве своём вообще далека от тонкостей жанра, но билетёры-то должны это знать и вовремя гасить неуместные всплески зрительской активности. А то у нас некоторые умудрились за время этого номера дважды цветы вручить… Может, стоит как-то организовать выражение зрительской благодарности, чтобы со стороны это не выглядело смешно? Хотя бы инструктировать билетёров о предполагаемом формате мероприятия. К примеру, если запланирован общий поклон участников концерта в конце, как это было на этот раз, то зрители с цветами должны были появиться на сцене именно в этот момент, а не мотаться туда-сюда по переполненному залу.

Не впечатлило в этот раз и сложнейшее эффектное па-де-де из «Пламени Парижа». Говорю о себе лично, потому что зрители этот номер принимали очень горячо. Мне же не хватило банальной чистоты исполнения. Хотя фуэте, к восторгу публики, было исполнено с просто-таки вызывающей лихостью.

Увенчало же балетную часть концерта гран-па из «Раймонды», ставшее настоящим пиром классического танца. И, глядя на эту красоту, так захотелось большой балетной премьеры!

Как бы то ни было, 41-й сезон мы пережили благополучно и закрыли в срок. Теперь это уже история. И наши надежды связаны с новым 42-м. Пусть он будет ярче и интереснее своих предшественников! Ждём!

 

Автор: Ворчун